Виктор Пелевин - Чапаев и Пустота

божаю Пелевина за его игры разума, которые порой ничуть не хуже закрученных экранизаций Нолана, что цепляют первым кадром (в нашем случае, первым абзацем). Чапаев и Пустота - именно такая книга.

Роман написан (уже в далеком) в 1996 году, но даже сейчас, спустя 25 лет - будет читаться на одном дыхании. Особенно зайдет тем, кто читал «Трансерфинг реальности» или хотя бы немного знаком с философией Матрицы.

Центральная идея всего романа - это попытка ответить на философский вопрос кто мы (человечество) есть. Кто такой «Я», и почему именно такой, какой есть сейчас.

Главный герой романа - красный комиссар и пациент психиатрической больницы Петр Пустота. Каждый раз, засыпая в дивизии своего командира Василия Чапаева, он просыпается в лечебнице для умалишенных. Петр убежден, что лечебница - плод его воображения. Однако Чапаев уверяет, что оба этих мира - нереальны, и Петру нужно всего лишь окончательно проснуться. Но как это сделать, если вместо реальности - сияющая пустота?

Книга может очень здорово по-хорошему «вштырить» и привести к интересным выводам о самих себе.

В карусели я собрал несколько своих любимых цитат из этой книги:

«…конструкция авто крайне неудобна и к тому же унизительна для шофера, который всегда открыт непогоде – но, может быть, это было устроено специально, чтобы во время поездки пассажиры могли наслаждаться не только видами в окне, но и классовым неравенством.»

О поколении P - Pepsi (отсылка к предыдущей книге "Generation P") :

«Ей навстречу выплывали таблички с надписью «обмен валюты», изрезанные перочинными ножами скамейки и огромное количество пустых банок, свидетельствовавших о том, что новое поколение в своей массе выбирает все-таки пиво.»

О будущем:

«Не забивайте себе голову тем, что не имеет отношения к настоящему, – сказал Чапаев. – В будущее, о котором вы говорите, надо еще сусуметь попасть. Быть может, вы попадете в такое будущее, где никакого Фурманова не будет. А может быть, вы попадете в такое будущее, где не будет вас.» 

О людях:

С возрастом я понял, что на самом деле слова «прийти в себя» означают «прийти к другим», потому что именно эти другие с рождения объясняют тебе, какие усилия ты должен проделать над собой, чтобы принять угодную им форму.»

О России:

«Россия, в сущности, тоже страна восходящего солнца – хотя бы потому, что оно над ней так ни разу по-настоящему и не взошло до конца.»

О коллективном сознательном:

 «Знаете, что такое визуализация? – спросил барон. – Когда множество верующих начинает молиться какому-нибудь богу, он действительно возникает, причем именно в той форме, в которой его представляют.

– Я в курсе, – сказал я.

– Но то же самое относится ко всему остальному. Мир, где мы живем – просто коллективная визуализация, делать которую нас обучают с рождения. Собственно говоря, это то единственное, что одно поколение передает другому. Когда достаточное количество людей видит эту степь, траву и летний вечер, у нас появляется возможность видеть все это вместе с ними. Но какие бы формы ни были нам предписаны прошлым, на самом деле каждый из нас все равно видит в жизни только отражение своего собственного духа. И если вы обнаруживаете вокруг себя непроглядную темноту, то это значит только, что ваше собственное внутреннее пространство подобно ночи. Еще хорошо, что вы агностик. А то знаете, сколько в этой темноте шастало бы всяких богов и чертей.»

Однозначно, советую к прочтению!